Находка была преддверием ада
Валерий Бельцов   
28.10.2015
Ежегодно в России 30 октября отмечается День памяти жертв политических репрессий, который имеет особое значение для Находки. 12 лет назад на спонсорские средства был заложен памятник, и каждый год с тех пор в Находке в сквере на Тихоокеанской проходят митинги, на которые приходят дети или родственники так называемых врагов народа и других невинно пострадавших. Таковых в городе чуть более 500, и почти всем за 70 лет.

Их родители, родные участвовали в строительстве промышленных и жилых зданий будущего города и здесь нашли своё последнее пристанище. Кладбища заключённых в советские времена стёрла строительная техника, на их месте сейчас проходят дороги и стоят дома. Прежде нель­зя было даже символически почтить их память, появление монумента дало такую возможность родственникам погибших. Так на Тихоокеанской появились перекрещенные пилоны с мемориальной доской. К сожалению, идею автора, скульптора Евгения САМБУРСКОГО, до конца не реализовали. По его задумке наверху пилонов должна была стоять выполненная из бронзы кисть руки, символизирующая труд заключенных, пальцы её готовы сложиться в православное троеперстие. Но этот зов к небесам так в Находке и не прозвучал.
Как известно, в 30-е годы в Приморье был только один пересыльный лагерь на «Второй речке» во Владивостоке. Тот самый, где погиб Осип МАНДЕЛЬШТАМ. А в 1938-м, когда маховик репрессий достиг апогея, построили ещё два – в Находке и Ванино. И начали возить пароходами зэков в район Магадана.
...Варлам Шаламов в своих «Колымских рассказах» вспоминает, что заключенных в порту Находка грузили в трюмы в грузовых сетках. На каждом пароходе было 2-3 тысячи человек. По несколько сот умирали в пути. В Магадане «рабочий скот» выгружали прямо на лёд. Как писала в воспоминаниях Евгения ГИНЗБУРГ: «На протяжении всего морского этапа мы не видели ни одного представителя власти, кроме матроса, подвозившего к нашему люку тележку с хлебом и бросавшего нам вниз эти «пайки», как бросают пищу в клетку диким зверям».
Из воспоминаний ГОГЕН-ТОРНА: «Но вот на горизонте – полоска земли: мы входим в японские воды. Всех загнали в трюм, и люки задраили: японцы не разрешали провозить заключенных, и этот “товар” проходил контрабандой. Наши сказали, что в трюмах везут скот. Когда прошли японские воды, открыли трюмы, разрешили выходить. Прежде всего вынесли потерявших сознание от духоты. Их клали на палубе и обливали водой». Бывший член команды парохода «Джурма» Э. НИТИЕВСКИЙ вспоминал: «Рейс у нас начинался с бухты Находка, там мы брали груз: продукты, технику, а потом шли в порт Ванино, где забирали заключённых. По двум трапам конвойные гнали их бегом на борт, иногда количество зэков доходило до 4 тысяч. Это кроме груза. В трюме 3 этажа: в самом нижнем твиндеке заваривался груз, в двух твиндеках делались нары для людей. Сверху трюм закрывался, оставался небольшой выход, там стояли часовые с овчарками. Кроме того, на юте и ботдеке были установлены пулеметы. Конвойных на борту было человек семьдесят, все с автоматами. В хорошую погоду от Ванино до Нагаева 4,5 суток ходу».
Какой-то части «политических», если можно так сказать, «повезло»: они осели в транзитных лагерях Находки, где ждали своей участи. Беспощадность сталинского Молоха, которому приносились человеческие жертвы, иллюстрируют воспоминания заключённых Аркадия и Людмилы АКЦЫНОВЫХ, которые познакомились в Находке. Художники, как оформители наглядной агитации, были в цене, и их оставили в Находке. Людмила Акцынова потом написала в своей книге: «Все время маячил страх Колымы. Подходили новые этапы, собирали новых заключённых. Рядом с нашим бараком находилась огромная площадь, огороженная колючей проволокой. Так там собирали под открытым небом тысячи заключенных по 58-й статье. Они жили в ожидании парохода подолгу, и в дождь, и в снег. Кормили селедкой, шум и гам день и ночь. Очень много людей умирало от воспаления легких, кишечных болезней. Медики не справлялись, заставляли врачей из самих зеков работать в госпитале».
 

Транзитный лагерь в районе оз. Солёное.


На воротах или у входа всех сталинских лагерей, пересыльных пунктов, стройплощадок тогда была надпись: «Труд в СССР есть дело чести, славы, доблести и геройства». И тогда, а тем более сейчас мало кто из горожан знает, понимает и задумывается об огромном количестве умерших и погибших при строительстве Находки, а ведь именно в результате подневольного «ударного труда комсомольцев», как тогда сообщалось в газетах, на прибрежных скалах возник вначале торговый порт, затем рыбный, появились дома. Заключённые гибли при взрывных работах, от истощения и болезней. Постепенно всё полукружье залива осваивалось отдельными «лагерными» участками, названия которых в обиходе сохранились по сей день. А для начальства и охраны руками зэков был построен военный посёлок – на его месте сейчас Центральная площадь. 
До 1958 года целый район на территории нынешнего жилого комплекса рыбного порта был обнесён колючей проволокой, зэки строили пирсы и причалы. На острове Лисьем был женский лагерь – «филиал рыбозавода «Тафуин».
Официальные данные гласят, что Приморское управление «Дальстроя» в бухте Находка включало в себя «транзитку» на 20 тысяч заключённых, топливную контору, десятки совхозов, склады и магазины, лесопильный, кирпичный и судоремонтный (!) заводы, автобазу, лагеря в районах торгового и рыбного портов (в них жили и работали до 70 тысяч заключенных), склады. Позднее в находкинскую зону вошли районная больница, подсобное хозяйство на тысячи голов крупного рогатого скота, рыбацкие промыслы и рыбозавод.
Жили по распорядку, о котором поведал Аркадий Акцынов (он называл Находку преддверием ада): «Каждое утро развод в 6.30. Выгоняют из бараков на плац, выстраивают, зачитывают, отчитывают, читают нравоучения. Больные, дистрофики остаются работать в зоне на кухне или по уборке, чистке отхожих мест. А остальные под усиленным конвоем партиями на работу в разные места – рыть, носить, грузить. Гибли в этом адском котле в первую очередь учёные, профессора, артисты, цвет интеллигенции, которых было большинство. А меж сопок поля покрывались лесом колышков с жестяными номерками, которые потом затаптывал пасущийся скот. И память о них уходила бесследно».
Небольшой остаток этого цвета страны, члены семей изменников Родины, так называемые «чесирки», после войны преподавали в местных школах. Они учили детей, привнесли в наш город врождённую петербургскую, московскую интеллигентность. Они и проезжающие через Находку к своим родным в Магадан жили в гражданской «транзитке» – бараках, в которых по обе стороны располагались двухъярусные нары. Туалет и общий умывальник были на улице. 
Рассказывая о Дне памяти жертв политических репрессий, нельзя не упомянуть о представителях разных национальностей, которые в то время жили в Приморье. После военных действий на Халхин-Голе репрессировали – депортировали в Среднюю Азию и Казахстан – 170 тысяч корейцев, «разоблачили» литовскую, латышскую, немецкую и эстонскую «националистические шпионско-диверсионные фашистские организации». Шпионов, конечно, в основном расстреливали.
В списке заключённых, прошедших «транзитку» в Находке, такие имена, как оставшийся затем жить в Магадане певец Вадим КОЗИН, актёр Георгий Жжёнов, Лидия РУСЛАНОВА и Леонид УТЁСОВ.
Недавно правительство России утвердило концепцию государственной политики по увековечиванию памяти жертв политических репрессий, её реализация пройдёт в два этапа: с 2015 по 2016 год и с 2017 по 2019 гг. Она предполагает создание новых музейно-мемориальных комплексов, образовательных программ по истории политических репрессий и выплату пособий. А по мне хотя бы памятник достроили и помнили незаслуженно забытых первостроителей Находки.
 
Подготовил Валерий БЕЛЬЦОВ,
использованы материалы ЦБС и МВЦ г. Находки