Метод Троцкого
Галина Надеждина   
05.02.2014
Позитивный настрой в лечении рака не менее важен, чем скальпель

Злокачественная опухоль – не единственное, увы, опасное для жизни заболевание. Но именно этот диагноз особенно страшно услышать по отношению к себе. И хотя от рака страдают сегодня и взрослые, и дети, хотя помощи в сборе средств на дорогостоящую операцию просят во всех городах и весях, именно сообщение о том, что известная певица больна раком, недавно всколыхнуло всё общество. Казалось бы богатая и знаменитая и на тебе – онкология! К такому диагнозу невозможно подготовиться.

«Почему я?» – спрашивают себя и ждут ответа от врачей те, кого рак не обошёл стороной. Онколог Находкинской больницы Роберт ТРОЦКИЙ вот уже 25 лет ищет ответы на такие вопросы и убеждён, что рак – это не приговор, и его больных не следует выделять из общей массы пациентов. С ним наш раз разговор накануне 4 февраля – Дня борьбы с онкозаболеваниями.

- Роберт Владимирович, какие онкозаболевания чаще всего встречаются в нашем округе и что оперируют в нашей больнице?
- Как и везде, на первом месте – рак молочной железы, на втором – кишечника и толстой кишки. В прошлом году мы прооперировали 29 опухолей молочной железы, 12 – кишечника. Проводим операции на желудке, кроме случаев, когда опухоль переходит на пищевод (нужно специализированное отделение). Оперируем все опухоли молочных желёз, кожи, мягких тканей. Если пациенту нужна более высокотехнологическая помощь, отправляем его во Владивосток.
В нашей хирургии 18 коек для онкопациентов дневного стационара и 18 для тяжёлых пациентов, круглосуточно нуждающихся в наблюдении. В 1992 году мы начинали с 5 коек.
Оговорюсь, что операция в онкологии не цель, а всего лишь элемент лечения. Когда операция может навредить, проводится химио- или лучевая терапия во Владивостоке. Такое бывает в запущенных стадиях, которыми считаются 3, 4-я стадия опухолей наружной локализации, 4-я стадия абсолютно всех опухолей. К сожалению, 3, 4-я стадия – это практически половина всех выявляемых диагнозов.

- Это несовершенство диагностики или поздняя обращаемость пациентов?
- Не будем винить диагностику и людей, надо понимать, что рак – это болезнь, которая развивается годами. От начала образования опухолевой клетки в молочной железе и до новообразования может пройти 15 лет. Хотя опухоль женщина может определить самостоятельно в большинстве случаев. И тут возникает психологическая проблема – она боится прийти к специалисту, причём боится не лечить, а только обнаружить, услышать сам диагноз.

- Выбирать клинику для лечения – право пациентов. Как Вы считаете, почему часть больных предпочитает лечиться в Корее?
- Думаю, что это всего лишь хороший промоушен, раскрученная реклама. Едут чаще всего в Китай, Корею, Сингапур. Но, на мой взгляд, этот поток стал уменьшаться. Некоторые, сделав там операцию или пройдя курс химиотерапии, возвращаются к нам. Во-первых, потому что там дорого, во-вторых, пациенты понимают, что лечение проводится одинаковыми препаратами. Во всём мире лечение рака – интернациональное, мы работаем по одним и тем же схемам.

- Чего не хватает местной онкологической помощи, на Ваш взгляд?
- Своего отделения, наши койки находятся в хирургии, а у нас разные методы лечения. Приобретя отдельный статус, мы могли бы брать на себя снабжение дорогостоящими препаратами, как это делается в краевом онкодиспансере. Но этот вопрос решается постепенно.

- Сколько в Находке онкологов?
- В Находке 5 онкологов (3 в поликлинике, 2 в стационаре). К счастью, у нас сохранилась система, которая была ещё в советское время. Работает участковая служба, мы поддерживаем связь с участковыми терапевтами, рекомендуем симптоматическое лечение и назначение препаратов.

- Только год назад в Приморье заговорили о создании первого хосписа, как Вы к этому относитесь?
- Хоспис - это больше институт оказания моральной помощи, чтобы больной не остался наедине со своими страданиями. Как мне кажется, наличие или отсутствие хосписа – это критерий гуманности общества. Он не имеет отношения к лечению, но чем больше гуманизировано общество, тем больше хосписов.

- Как Вы относитесь к благотворительным фондам, собирающим помощь раковым пациентам?
- Чаще всего они помогают детям с гематологическими заболеваниями. Людям, которые организуют такие фонды, надо поставить памятники, они пытаются что-то сделать. Но отношусь двояко, потому что считаю, что заботу о больных людях должно брать на себя государство. Фонд - дело хорошее, они могут существовать, но государство не должно забывать, что лечение таких пациентов – это его прямая обязанность. Иначе зачем мы платим налоги? Для меня всегда было загадкой, почему ребёнка в Москве нужно лечить за деньги, если у него есть полис медстрахования.

- Как нужно вести себя родственникам больных онкологией?
- Так же как родственникам любого тяжелобольного пациента. Заботиться, ухаживать за ним и проявлять милосердие. Я против того, чтобы выделять онкопациента в отдельную категорию, это просто тяжёлый больной, такой же как человек, перенёсший нарушение мозгового кровообращения, как парализованный в отделении неврологии. Только неврологический пациент может остаться таким до конца жизни, а наш больный более подвижен и активен. В обществе существует стойкое убеждение, что рак – это приговор, но с этим мнением пора расставаться.

- Часто приходится слышать, что рак – больше болезнь психосоматическая, на которую в значительной степени оказывают влияние психологический настрой и мысли пациента…
- На течение лечения, я бы сказал. Есть понятие иммунного ответа, который определяется гормональным статусом организма и напрямую зависит от настроения и депрессии. Не имеет значения, чем болен человек. При позитивном настрое у него больше шансов поправиться. Тут самое время сказать о профилактике рака и здоровом образе жизни, при котором человек способен противостоять болезни за счёт резервов организма. Здоровый образ жизни заключается не обязательно в отказе от курения, к примеру. Но в поддержании своего собственного организма в хорошем состоянии, регулярном прохождении медосмотров, периодическом приёме витаминов. Надо знать и понимать себя, прислушиваться к своим ощущениям, в том числе и следить за своими оправлениями.

- Можно ли полностью излечиться от рака? Говорят, что коварная болезнь может возвращаться?
- На ранних стадиях излечиться можно. Сегодня мы стали чаще встречаться с разными видами рака у одного больного. Человека прооперировали по поводу рака желудка, потом у него развился рак легкого, потом рак простаты. Рак, скорее всего, имеет генетическое происхождение и обусловлен мутациями генов. Внешние факторы, как например загрязнение среды, влияют на его развитие, и мутация может появиться не один раз. Наследственность пока выявлена только у рака молочной железы. У американцев давно существует система борьбы с этой болезнью. Я читал об этом в медицинском американском журнале еще в начале 90-х. Если прослеживаются два больных родственника по женской линии – мать, бабушка и тётя, сестра, – женщине проводится подкожная мастоэктомия – пример Анжелины ДЖОЛИ.

- Где и как можно сдать кровь на онкомаркеры?
- В любой лаборатории, но они малоинформативны на доклиническом этапе. Чтобы онкомаркер что-то показал, опухоль уже должна быть. Хотя для профосмотров всё-таки выделили три онкомаркера для женщин и мужчин в надежде выявить болезнь.

- Не жалеете, что стали онкологом?
- Нет. Когда вы встречаете больного, у которого 10 лет назад оперировали рак желудка, становится радостно на душе.